Экономическая антропология: курс лекций в Коллеж де Франс (1992-1993)

Распространилась ли та революция, что привела от экономики дара, характерной для большинства докапиталистических обществ, к экономике в стиле “ты мне-я тебе”, свойственной современным обществам, на все области существования, как молчаливо предполагают те, кто стремятся применить ко всем практикам модель расчета издержек и выгод (в том числе к образованию или же браку, понимаемому как экономический обмен услугами производства и воспроизводства)? Завершилась ли она хотя бы в той сфере, что основана исключительно на учреждающей тавтологии “business is business”? Выявляя предпосылки воображаемой антропологии, свойственной теории экономики в ее господствующем определении, Пьер Бурдье в этой работе требует создать другую теорию, которая порвала бы с идеей индивидуальных решений, свободных от любых ограничений, и заменила бы понятие чистого и совершенного рынка понятием экономического поля, структурированного силовыми отношениями и символической борьбой. Таким образом, он показывает, не обращаясь к рассчитывающему и абсолютно прозрачному сознанию homo economicus или же к логике “ограниченной рациональности”, что “разумный”  характер большинства разновидностей экономического поведения можно объяснить согласованием субъективных надежд и объективных возможностей.